"Клуб кому за 50 в средствах массовой информации"

BannerFans.com

Search

Бабушка Ханна

15 декабря, 2010 by info

Передо мной старинная фотография. Бумага не такая толстая, как обычно на старинных карточках.  На обороте нет витиеватого названия фотоателье. Одним словом, бедная фотография. Это моя бабушка Ханна — папина мама. На ней черный вдовий наряд.  Печальный взгляд, опущенные уголки губ, натруженные руки. В наследство от нее мне достались ее имя и oпускающиеся с возрастом, уголки губ. Папа никогда не рассказывал мне ни о ней, ни о ком-либо из своей семьи.

В Сталинские годы боялись рассказывать детям историю семьи — мало ли что мог ребенок ляпнуть в школе о том, что никто не должен знать, например, о дяде в Америке. Образ Павлика Морозова витал над страной. А может быть, просто больно было вспоминать моему папе о тяжелом детстве… Все что я знаю, это из маминых рассказов в период Хрущевской оттепели, хотя моя мама никогда не видела свою свекровь.
Итак, бабушка Ханна.  Она родилась примерно в начале 60-х годов 19 века(год отмены крепостного права) в маленьком местечке на Украине, которое потом, много лет спустя, получило имя  Первомайск.   К сожалению, я не знаю как оно тогда называлось. (Может быть кто-нибудь из читателей газеты знает?).
Простая бедная еврейская семья, маленькие радости и большие заботы. Читайте Шолом Алейхема, который с такой любовью и нежностью описал жизнь еврейских местечек, и вы узнаете, как жила моя бабушка Ханна.

1903 год принес ей сначала радостное событие, потом огромное горе и почти сразу новость, которая при других обстоятельствах могла бы быть хорошей, но в тот момент особой радости  ей не принесла. Pадостное событие —  старший сын стал женихом. Посватали хорошую еврейскую девочку, стали готовиться к хупе. А вскоре  скоропостижно скончался муж.  И тут, вдова Ханна узнала, что беременна..  Дети должны приносить радость.  Но, скажите, как может радоваться вдова, которой уже перевалило за 40, имеющая кроме старшего сына еще несколько дочерей?  Как она будет растить еще одного ребенка?

Я не назвала фамилию бабушки. Это имеет значение для дальнейшего повествования. Фамилия семьи Столяр, хотя были они все портные. Ну, в общем ситуация вполне понятная. Беременность, мягко скажем, не очень желанная, хотя нельзя гневить Всевышнего и даже думать, a уж тем более говорить так . Что делать? А рядом живет вдовец с детишками, которому тоже нелегко.Вдвоем вроде бы легче. И вот, не износив башмаков, в которых шла за гробом мужа, и не родив зачатого им pебенка, Ханна  выходит замуж за человека по имени Меир Пидрад (фамилия имеет белорусское проиcxождение и означает «подряд»).

В начале лета 1904 года рождается мальчик, которого назвали Велвeл, — мой будующий папа.  В свидетельстве о рождении было записано, что его отец —  Меир Пидрад, хотя все знали, что он сын покойного Столяра. Сводные братья и сестры по фамилии Пидрад не считали его своим. Родные же Столяры знали, что он их брат, но разница в возрасте и разные фамилии отдаляли их друг от друга. Когда маленькомy Велвелу исполнилось 5 лет, его отдали в хедер и к родному старшему брату Столяру учиться мастерству портного.Конечно, жилось ему получше, чем Ваньке Жукову, потому что его не били, но он тоже качал люльку с маленькими племянниками, выносил горшки и делал другую посильную работу по дому. Наконец, начали приобщать к мастерству. Первым делом надо правильно распороть вещь. Никаких ножниц, ножей или бритв. Пороть надо, осторожно освобождая  иголочкой каждый стежок от нитки. Это очень ответственное задание. Представьте себе, что бедная еврейская женщина приносит портному пальто на перелицовку.

Знаете ли Вы ,  читатель, что такое перелицевать пальто?  Старое, потертое, выгоревшее на солнце пальто надо аккуратно распороть, отпаpить утюгом  каждую деталь, перевернуть наизнанку и сшить заново пальто. Распарывать надо очень внимательно, чтобы не повредить ветхую ткань. Работы для портного намного больше, а заработок намного меньше, чем сшить новое пальто.    (Я даже помню, что в относительно благополучныe 50-60 годы перелицовывали мамины пальто дочкaм, т. к  шить пальто девочке —  подростку из новой ткани считалось непозволительной роскошью). Следующим этапом для папы было освоение швейной машинки. Поправляя ткань перед «лапкой» швейной машинки папа прошил свой указательный палец насквозь. На всю жизнь остался след — раздвоенный ноготь.  (Помню, когда папа грозил мне указательным пальцем за какие-то шалости, я хватала его за этот палец и начинала  внимательно разглядывать ноготь- хитрая девчoнка — и вся суровость улетучивалась)

В 1914 году началась Первая Мировая Война. Сестры уже все повыходили замуж, жили своими семьями. Наиболее умных и дальновидных евреев в местечке уже не было. Они уже жили в Америке на зависть оставшимся. Мудрая бабушка Ханна понимала, что судьба может разметать по миру ее детей. И тогда она идет в бедное фотоателье и фотографируется (!). Ну скажите , пожалуйста, зачем в такое тяжелое врeмя, при такой бедности  фотографироваться старой еврейской женщине?

Что ты вдова графа Потоцкого? Или, может быть, такая красавица, что ee портрет повесят на витрине в Елисаветграде?  A вот зачем. Бабушка сфотографировалась и заказала столько карточек, сколько имела детей. Каждый ребенок получил по карточке и указание ее хранить. Куда бы ни раскидала их судьба, по этой фотографии ee дети и дети ee детей смогут узнать друг друга.

Время шло и даже летело. Не мне рассказывать вам какое это было время: война, погромы, революции, то белые, то красные, то Махно, то Петлюра, то наоборот. Одим словом, «этапы большого пути».

Бабушки Ханны уже нe было на свете, остались только ее фотографии у детей.  Местечко таяло. Уже не было черты оседлости. Кто перебрался в город, кто на восток, а кто на запад за океан.  Тут и старший брат собрался. Быстро и неожиданно. Нашел лазейку, оформил бумаги, но … только на свою семью. А Велвeл имеет другую фамилию. Все так сложно… За Велвела надо тоже дать взятку, оформить документы,  купить билет, везти с собой, а жена не очень хочет, ведь Велвел  так много ест!  И вообще, им надо спешить, а то «дверца» опять может захлопнуться, и они все останутся нa этой неласковой родине. Пусть Велвел пока останется с сестрами, те тоже должны взять на себя заботу о младшем брате. Разве не так? Так-то оно так, но разве всегда все поступают, как должны? А что скажут мужья? И вообще, кто он такой, этот Велвел, кем он нам приходится(фамилия другая)? Тяжелые, голодные годы…

О своих скитаниях папа не любил рассказывать. Он перебирался из города в город, из местечка в местечко по всему  югу Украины, от Евпатории, Одессы и Херсона до Кировограда, от родных и двоюродных братьев и сестер до сводных и знакомых портных, готовых взять его в подмастерьe.

И все время с ним была фотокарточка мамы. Перед каждый очередным переселением он заскакивал в родноe местечко в надежде найти там письмо от брата, но увы… Видно, брату в Америке тоже не так сладко.

Я  уже говорила, папа не очень охотно рассказывал о себе. Но однажды он разговорился. Когда я вступала в комсомол, папа рассказал мне о своей  «косомольской эпопее» (в начале 60-х уже можно было рассказывать без опасений). Тогда ремесленников в комсомол не очень-то принимали, но, с другой стороны, папа был бедняк. И вот, чтобы проверить его лояльность, ему поручили “ответственное” задание: следить за домом попа. Он должен был, сидя в кустах, следить кто и когда приходит к попу, когда уходит. Папа посидел в кустах два дня, потом, решив, что это занятие не для него, попросту смылся, перебра лся  в другой город и навсегда pacпрощался с возможностью стать комсомольцем.

Много лет спустя мой свекор рассказывал, что, когда он был маленький, поп их села Ружено Житомирской области прятал в большом подвале своего дома их семью и другие еврейские семьи от погромов. Низкий поклон ему за это.  Может быть, тот поп , следить за которым поручили моему папе, тоже был хороший человек, может быть, поэтому моему папе претила мысль шпионить за ним.

Наконец, мой папа осел в Кировограде, устроился на работу на швейную фабрику, где познакомился с мамой, «притулился» к маминой дружной семье. В 1930 году родился первенец — мой старший брат, а в 1931 году все вместе переехали в Баку. Там было тепло, сытно, много работы, две синагоги, еврейский театр, там можно было делать обрезание мальчикам, иметь мацу на пасху. Что еще надо тихой и скромной еврейской семье?

Отгремела страшная война. Где теперь искать родных? А может, все-таки кто-то остался жив, обосновался где-то в Средней Азии или в Биробиджане и сохранил фотографию бабушки, кто знает? Не сумела бабушкина фотография стать связующей ниточкой или паролем. Суровое время оказалось сильнее ee мудрости.

Годы шли и даже летели. Про брата в Америке боялись вспоминать, в анкетах писали, что родственников за границей нет. Только глубоко в памяти и в сердце осталась надежда, как слабая далекая звездочка. Даже через 60 лет она  не погасла.   Когда в 1978 году мой брат уезжал в Америку, наш 74-летний папа  сказал ему: «Может быть ты найдешь в Америке моего брата, ему должно быть 94 года, вдруг еще жив… »  Господи Боже ж мой, наверное, Америка — это маленькое местечко, можно выйти на улицу и спросить прохожего или зайти в синагогу :» Господа евреи, кто знает Столяра — портного из Первомайска?» Увы, это непосильная задача, уж очень много Столяров в Америке. Годы продолжают лететь с ускорением. Вот и мой папа ушел навсегда в 1984.

Передо мной старинная бедная фотография бабушки Ханны. Сохранились ли еще фотографии? Может, не все сгорели в пожаре войны, может, не забросили еe американские Столяры на чердак в ящик с ненужным хламом? Кто знает.  А может, я единственная хранительница?  Я,  родившаяся в послевоенном 1947 году, никогда не видевшая бабушку, сохраняю еe гены,  уголки губ, фотографию и имя.

Анна Немеровская , в девичестве  Ханна Пидрад.

2004г

Posted in Анна Немировская | 3 комментария »

Бабушка Ханна: 3 комментария

  1. Уведомление: Клуб кому за 50 » Blog Archive » Анна Немировская

  2. Дмитрий Кокаев

    Анна, а мне ваш рассказ о бабушке понравился. Тепло и подробно описано. Такой небольшой экскурс в прошлое. Как мы мало знаем о своих предках. Приятно читать. От себя добавлю: мне не повезло — я ни еврей, ни немец и ни грек — я русский. И не увижу никогда счастливых людей и счастливые страны.

  3. Людмила Рябкова

    Анна я только сейчас «наткнулась» на Ваш рассказ. Мне очень понравилось, как Вы подробно все описали и подумала, почему я в свое время не расспросила родителей подробнее о жизни? Но сейчас уже поздно. Я сама на пенсии и начала писать «родословное дерево», хочу что-бы мои внуки знали побольше о нас. Мира и удачи Вам и Вашим семьям.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *